ГЛАВНАЯ » УЧЁБА и ОБРАЗОВАНИЕ » УЧЕБНЫЕ ДИСЦИПЛИНЫ » ГЕОПОЛИТИКА » ЛЕКЦИИ - ГЕОПОЛИТИКА » Лекция 31: "ОБРАЗОВАНИЕ НОВЫХ ГОСУДАРСТВ В ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКЕ"

Лекция 31: "ОБРАЗОВАНИЕ НОВЫХ ГОСУДАРСТВ В ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКЕ"

«Образование новых государств в Латинской Америке»

1. Образование новых государств в Латинской Америке

История колонизации Америки

   Американский материк был открыт для завоевания и по­следующей эксплуатации в 1492 году Христофором Колумбом, мореплавателем, состоявшим на испанской службе. Испанцы пришли первыми на эти богатые земли.

   Особенностью становления колониальных сис­тем Испании и Португалии в Америке является то, что этот процесс начался еще в конце XV - начале XVI в., т.е. в эпоху средневековья. Завоевание "Индий" (так офи­циально именовались испанские колонии) рассматривалось как миссия, обращение в христианст­во язычников-индейцев, но оно осуществлялось военно-феодальными методами.

   Большая часть индейских племен жила еще первобытнообщинным строем. Только майя, ацтеки и инки перешли уже к земледельческой культуре, знали част­ную поземельную собственность, классовое расслоение и некоторые атрибуты государственности.

   Используя свое военное превосходство и доверчивость индейцев, испанцы залили их кровью огромные территории - от Мексики до Огненной земли. Спустя несколько лет после завоевания практически все индейцы были истреблены. Там, где существовала традиционная индейская госу­дарственность, она была уничтожена конкистадорами (у майя, инков, ацтеков и т.д.).

   Первый удар испанцев приняли на себя индейские племена Вест-Индии: Кубы, Гаити, Пуэрто-Рико. В 1518-1521 гг. испанский вооруженный отряд во главе с Кортесом захватил Мексику, разрушив древнее ацтекское общество и «государство».

   Через несколько лет началось завоевание Южной Америки. Первой его жертвой сделалась «империя» инков, находившаяся на территории Перу.

   В XV же столетии в Южной Америке стали возникать первые португальские поселения, положившие начало порабощению Бразилии. К середине XVI века огромные пространства Южной Америки перешли к испан­ской короне. Труднее всего Испании досталось завоевание Аргентины, где индейцы вели беспощадную борьбу с угнетателями.          

   Северная Америка была колонизована позже, в XVII столетии. Ее поделили Англия и Франция.

   Принятая в Южной Америке (со времен Колумба) система принудительного труда давала право белому поселенцу держать у себя в хозяйстве такое количе­ство рабов-индейцев, какое только он в состоянии захватить. Обоснование этой системе дала, конечно, церковь: «будучи свободными, ин­дейцы могут возвратиться к язычеству».

   Земля в колониях официально объявлялась собственностью короны, но фактически с XVI в. она переходит в руки колонизаторов-конкистадоров и като­лической церкви. Широкое распространение получила сис­тема энкомиенды, своеобразной разновидности полукрепо­стнического, полурабского труда индейцев.

   Юридически считалось, что индейские общины, нахо­дившиеся на захваченных территориях, передавались под "опеку" латифундистам-энкомендеро. Лишь в XVIII в. под влиянием зарождающегося капиталистического уклада на смену энкомиенде приходит пеонаж - долговая кабала, по­строенная на полуфеодальных арендных отношениях.

   С началом XVIII века в испанских и португальских колони­ях в Америке господствуют две формы землевладения: так назы­ваемая асьенда и рабовладельческая плантация. Занятые в асьенде работники (батраки) были лично свободны, но они не имели земли и потому поступали в пожизненную или наследственную кабалу землевладельца. Асьенда представляла собой весьма устой­чивый тип феодальной эксплуатации крестьянства, главным об­разом индейского.

Система колониального управления

   Колониальная администрация в Латинской Америке формировалась исторически по ходу самой территориаль­ной экспансии Испании и Португалии.

   На вершине властной пирамиды стоял испанский король, общее руководство политикой Испании в колониях осуществляли Торговая пала­та, а с 1524 г. - созданный при короле Совет по делам Индий, первый в мировой истории специализиро­ванный центральный орган колониальной администрации. Высшую власть в самой Америке осуществляли вице-короли, которые олице­творяли собой испанскую корону.

   К концу XVIII в. в Латинской Америке было создано четыре вице-королевства:

  - Новая Испания (столица Мехи­ко - Мексика и Центральная Амери­ка),

  - Новая Гранада (столица Богота - Венесуэла, Эквадор и Колумбия),

  - Перу (столица Лима - Перу и Чили),

  - Рио-де-ла-Плата (столица Буэнос-Айрес - Боливия, Парагвай, Уругвай и Ар­гентина).

   В колонии, имевшие меньшее значение для испанской короны, назначались генерал-капитаны, которые номиналь­но подчинялись вице-королям, но практически пользовались административной самостоятельностью и получали указа­ния непосредственно от Совета по делам Индий.

   К концу XIX в. были образованы генерал-капитанства в Гватемале, Венесуэле, Чили и на Кубе. Впоследствии эти искусственно сложившиеся границы между вице-королевствами и генерал-капитанствами станут основой погранич­ной демаркации для самостоятельных латиноамериканских государств.

   Важную роль в колониальном управлении играли соз­даваемые при вице-королях или генерал-капитанах особые судебно-административные органы - аудиенции.

   В провинциях, на которые делились колонии, руково­дство администрацией, судом, церковью осуществляли гу­бернаторы, которым были подчинены коррехидоры, старшие алькальды. В XVIII в. при королях из династии Бурбонов для большей централизации системы управления в провинции назначались интенданты и субде­легаты.

   Все высшие должности в колониальной администрации в Латинской Америке, в том числе и вице-королей, заме­щались исключительно выходцами из числа испанской фео­дальной знати, присылаемой в колонию на ограниченный срок (обычно на 3-6 лет). Считалось, что длительное пре­бывание испанцев в колониях, внебрачные связи ведут к "порче крови".

   Огромную роль в колониальном управлении Латинской Америкой играла католическая церковь. Инквизиционные трибуналы сурово карали не только за отход от католической веры, но и за высказывание крамольных политических идей. Экономическая мощь церкви позволяла ей вступать в конфликты с самой колониальной администрацией, претен­довать на самостоятельность в политической жизни.

   К концу XVIII в. в связи с ростом противоречий между метрополией и колониями вице-королевства и генерал-капитанства превратились в своеобразные квазигосударства, постепенно приобретающие самостоятельное политическое существование.

 

2. Образование новых государств в Латинской Америке

Освободительное движение в Латинской Америке 

    Политика метрополий порождала недовольство у раз­личных слоев населения (индейцы, метисы, мулаты и т. д.). Но основная оппозиция колониальному ре­жиму проистекала все же со стороны наиболее влиятель­ной политической силы в колониях - латифундистов-кре­олов, а также со стороны усиливающейся местной буржуа­зии. В силу своего особого положения в колониальном об­ществе (богатство, доступ к образованию, навыки военной и политической деятельности) креолы играли ведущую роль в растущем движении за независимость.

  Образование Соединенных Штатов и Великая француз­ская революция — два события всемирно-исторического значе­ния — положили начало освободительной революции во всем западном полушарии.

   Большое влияние на развитие освободительного дви­жения в Латинской Америке оказала французская революция XVIII в. и ее кон­ституционные документы.

   В ночь на 22 августа 1791 года черные рабы Гаити (французской части колонии Сан-Доминго) подняли восстание против угнетателей и Франции. Вождем восстания стал талантливый негр Туссен-Лувертюр. Армия Туссена раздавила сопротивление плантаторов, от­била наступление Англии, пытавшейся прибрать к рукам Гаити, вынудила капитулировать французский экспедиционный корпус генерала Леклерка, посланный Наполеоном. В 1804 г. Гаити завоевала свободу и в 1806 г. провозглашена независимым го­сударством.

   В последствии Туссен-Лувертюр, поверив генералу Леклерку, обещавшему мир, приехал для переговоров и был схвачен. Вскоре Туссен умер в одной из французских тюрем, закованный в кандалы.

   Война за независимость в Латинской Америке началась после того, как войска императора Наполеона I вторг­лись в Испанию и сместили законного короля Фердинанда VII (династии Бурбонов). Колониальный аппарат на несколько лет фактически лишился связей с мет­рополией.

   Война Франции против Испании, приведшая к воцарению в 1808 г. на испанском престоле одного из Бонапартов, создала благоприятные условия для национально-освободительной рево­люции в испанских колониях.

   Революцию возглавили крупные зем­левладельцы — креолы, но основную массу сражающихся армий составили крестьяне — ин­дейцы и метисы.

   В 1810 г. начались антииспанские выступления в Каракасе, Буэнос-Айресе, Боготе и других городах.

   В 1810 году революция началась в Аргентине. Восставшие свергли ви­це-короля. Руководство страной перешло в руки революционного совета — хунты. В 1816 году Аргентина провозгласила себя независимой от Испании.

   Особенно трудной война с Испанией была в Мексике, где национально-освободительная программа дополнялась программой социальных преобразований: конфискации крупных поместий, отмены рабства, введения де­мократических свобод. В 1821 году испанская армия была разбита и Мексика стала независимой.

   После трудной борьбы с испанской армией (к 1822 г.) добились независимости Эквадор, Венесуэла и Колумбия.

   Аргентинская повстанческая армия (около пяти тыс. человек) освободила Чили и высадилась в Перу. Здесь она некоторое время действует в союзе с армией Боливара. «Венцом стратегического искусства» революционных армий стал их общий фронт, объединивший по­встанческую армию Севера (во главе с Сан-Мартином). Окончатель­ный разгром испанской армии в Перу и вместе с тем полное изгнание Испании из Америки произошли в 1825-1826 гг. В 1825 году становится независимой Боливия.

   Освободительная война в колониях прошла два этапа (1810-1815 гг. и 1816-1826 гг.). К 1815 г. испанской короне после восстановления власти Фердинанда VII удалось вновь установить свою власть на всей территории Латинской Аме­рики, исключая Ла-Плату. С этой целью он использовал метод уступок и распространил на колонии либерально-де­мократическую Кадисскую конституцию 1812 г., принятую в Испании, но все-таки основной упор им был сделан на использование не испанской конституции, а на военные силы.

   Уже на первом этапе освободительной войны создава­лись правительственные хунты, которые не просто руково­дили движением патриотов, но и становились ядром новой зарождающейся государственности. В хунтах выдвинулись такие талантливые военные предводители и государственные деятели, как С. Боливар, X. Сан-Мартин, X. Артигас и др. В ходе борьбы с испанской армией патриоты вырабаты­вали конкретные формы организации политической и госу­дарственной власти, которыми заменяли старую колониаль­ную администрацию.

   По мере успехов освободительной войны (главным об­разом на втором ее этапе) правительственные хунты или специальные учредительные конгрессы провозглашали не­зависимость отдельных колоний. Как правило, это происхо­дило путем принятия специальных деклараций о независи­мости.

   К концу освободительной войны на месте бывших ис­панских и португальских колоний возникли 10 независи­мых государств: Аргентина, Боливия, Бразилия, Великая Колумбия, Мексика, Парагвай, Перу, Центрально-Амери­канская федерация, Чили, Уругвай. Таким образом, все бывшие испанские колонии (за исключением островных вла­дений - испанская часть Сан-Доминго, Куба и Пуэрто-Рико) стали политически самостоятельными государствами.

   Война за независимость в Латинской Америке, в виде антиколониального движения, дала толчок этнической интеграции и формированию в после­дующем самих наций (мексиканской, аргентинской, венесуэльской и т.д.) и соответствующей им национальной государственности.

   Помещичьи и клерикальные силы, ставшие у власти в новых государствах, сумели сохранить свои основные тра­диционные привилегии и прежде всего огромные земель­ные латифундии. Буржуазные и разночинные элементы, слишком слабые, тесно связанные с церковными и поме­щичьими кругами, не способны были самостоятельно бо­роться за осуществление на практике демократических преобразований. Даже многие выдающиеся лидеры освободи­тельного движения (например, С. Боливар) проявили осто­рожность и непоследовательность при подходе к решению политических и особенно социальных вопросов.

Государства Центральной Америки

   Центральная Америка (Никарагуа, Гватемала и др.) добились независимости в 1821 году.

   Отделение Бразилии от Португалии совершилось иным пу­тем. Оно было декретировано «сверху», но под давлением «снизу» (в 1822 г.).

   Сын и наследник португальского короля Педро, оказавшийся в Бразилии, отка­зался подчиниться приказу португальского парламента о возвращении на родину и заявил об отделении Бразилии: день 9 января 1822 года вошел в историю Брази­лии под названием «Я остаюсь». Португалия была слишком слаба, чтобы настаивать на своих «правах».

   Национальные революции в Южной Америке имели сво­им результатом возникновение республик: Парагвая, Перу, Уруг­вая,  Чили,   Боливии,  а  после  распада   «Великой  колумбийской республики» — Колумбии, Венесуэлы и Эквадора.

   В Центральной Америке с 1819 года обрели независимое существование (почти без борьбы) республики: Гватемала, Гондурас, Коста-Рика, Никарагуа, Сальвадор.

   Бразилия (ставшая на некоторое время «империей») сохра­няла монархический режим до 1889 года. С этого времени сдела­лась республикой и она.

   В 1844 году добивается национальной независимости Доми­никанская республика. В 1898 году становится независимым государством Куба, в 1903 году — Панама.

   Панама обязана своим существованием решению Соединенных Штатов про­ложить канал, соединяющий Атлантический и Тихий океаны. Колумбия, которой принадлежали перешеек и примыкавшая к нему территория, отвергла условия, предложенные правительством США, как невыгодные.

   В ответ на это США совершают в Панаме «национальную революцию» и, как это затем стало обычаем, посылают свой флот для ее «защиты». Колумбии ничего не оставалось, как смириться.

   Вместе с Мексиканской республикой и республикой Гаити образовалось двадцать Латиноамериканских государств.

   В колониальной зависимости оставались следующие американские террито­рии: английская, французская и голландская часть Гвианы, а также многие острова Вест-Индии (Мартиника, Ямайка и др.).

   Новые конституции (всюду писаные) были построены по типу конституции Североамериканских штатов: президент, две палаты, узкий круг избирателей.

   Вместе с тем сохранялось рабство негров и индейцев, а еще более пеонаж как система крепостнической (полукрепостнической) эксплуатации крестьянства в асьендах.

   Формальная отмена рабства заняла в Латинской Америке почти целое столетие: с 1811-го (Чили) до 1888 года (Бразилия).

   Свержение монархии и освобождение промышленности от феодальных ограничений, некоторое ослабление пеонажа (по сравнению с предшествующим периодом) позволяют считать латиноамериканские революции частью общего процесса перехо­да от феодализма к капитализму. Самый распад испанских колоний на множество республик был результатом местного сепаратизма, свойственного всякому феодальному землевладению.

   Основой для политического дробления послужили старые испанские провинции, составлявшие в своей совокупности какое-либо вице-королевство — Но­вую Испанию (Мексика и Центральноамериканские области, а также Куба и Гаити), Новую Гренаду (северные провинции Южной Америки) и т.д.

   Территориальное размежевание было совсем не мирным. В особенной степе­ни трудным оказалось упрочение национальной независимости Уругвая (на кото­рый претендовали две мощные державы — Аргентина и Бразилия) и Парагвая.

   По окончании войн за независимость страны Латинской Америки оказались  в  руках  определенных политических клик, возглавляемых диктаторами — каудильо.

   Существование консти­туций не имело ни малейшего значения, тем более что их непре­станно изменяли и переделывали применительно к нуждам дан­ного режима или сообразуясь с понятиями данного каудильо.

   По подсчетам У.Фостера («Очерк политической истории Америки»), в Венесуэ­ле за сто лет конституции менялись 15 раз, в Эквадоре — 13, в Боливии — 19.

   С началом экономического проникновения в Латинскую Америку Соединенные Штаты используют «революции» и каудилизм в своих интересах. Диктатуры, установленные с помощью Вашингтона, неизменно оказываются наиболее антинародными, наиболее продажными, наиболее террористическими (в Венесуэле Панаме, на Гаити и др.).

   Конституция Бразилии 1891 г. копирует по форме консти­туцию США: государственный строй и даже федеральное устройство. Каждый из ее 20 штатов рас­полагает некоторой административной и судебной автономией. Официальным названием государства сделалось «Соединенные Штаты Бразилии».

«Демократические» войны США в Латинской Америке

   Среди войн (более ста), которые США с мо­мента своего образования вели, большая часть приходится на Латино­американские  страны.  Первой  крупной  агрессией  США  явился захват северных провинций Мексики в 1846 году.

   Сначала правительство США спровоцировало переворот в Техасе (принадлежавшем Мексике), затем самовольно присоединило эту территорию к своей; после того был предпринят провокаци­онный набег на Мексику, а когда последняя попробовала защи­щаться, США объявили ей войну. Авраам Линкольн, будущий президент США, осудил эту войну, президент США Грант назвал ее одной из самых несправедливых войн, которую когда-либо сильная нация вела против слабой. Но дело было сделано. На захваченной у Мексики территорий выросли штаты Техас, Кали­форния, Аризона и др.

   С 1876 года в Мексике установился реакционный режим президента Диаса — индейца по происхождению.

   Восстание 1910 года, переросшее в националь­но-освободительную, буржуазно-демократическую революцию, свергло режим Диаса. В 1917 году Национальный конгресс выработал новую кон­ституцию Мексики, буржуазно-демократическую по своему со­держанию. Конституция создавала демократическую республику с всеобщим мужским избирательным правом, она провозгласила отделение церкви от государства.

   В 1898 году настала очередь Кубы и Пуэрто-Рико, двух по­следних колоний Испании в Западном полушарии. США искали повод к войне с Испанией и нашли его, когда в порту Гаваны был неожиданно потоплен крейсер «Мэн».

   После кратковременной военной кампании Испания должна была отказаться от Кубы и других своих владений, включая Фи­липпины. Они перешли к США.

   Приблизительно в тот же период Соединенные Штаты на­чинают экономическое завоевание Латинской Америки, вытесняя Англию. Американские компании захватывают добычу ценных металлов, а затем и нефти.

   Несколько отвлекаясь от темы, но, имея в виду постоянные вопросы, задаваемые на лекциях, прибавим следующее. В 1867 году Соединенные Штаты заключили сделку с царским правительством России. За ничтожно малую сумму - 7,2 млн. долларов - они купили у нее Аляску, открытую русскими мореплавателями. На этой территории было добыто затем (по данным У.Фостера) на 400 млн. долларов золота и на такую же сумму меди и серебра.

 

3. История власти латиноамериканских государств в XIX в.

Партии Латинской Америки в борьбе за власть

   История латино­американских республик в XIX в. после завоевания ими независимости характеризуется острой социально-полити­ческой борьбой, определившей все своеобразие их государственно-правового развития. В первых конституциях были воспроизведены основные принципы конституционализма передовых стран того времени. Но в XIX в. лишь немногие из них действительно соблюдались на практике.

   Незавершенность демократических преобразований, сохранение крупных латифундий и полуфеодальных, а в Бразилии рабовладельческих форм эксплуатации, социаль­ная и духовная подавленность большей части населения (осо­бенно индейского и негритянского) способствовали застой­ности общества и длительной консервации политической власти в руках помещичье-клерикальных кругов.

   Уже в 20-30-х гг. XIX в. в большинстве латиноамери­канских республик в связи с формальным установлением конституционного строя и организацией периодических выборов в органы государственной власти (президент, конгресс и т. д.) стали возни­кать соперничающие группировки. На их базе в последую­щие десятилетия сложились две политические партии, получившие со временем название "исторических".

   После завоевания независимости бывшие монархисты, унитаристы и приверженцы бюрократического управления получили название консерваторов и объединялись обычно в консервативную партию. Эта партия в большинстве стран стала наиболее последовательным защитником интересов крупных землевладельцев и католической церкви. Консер­ваторы были открытыми сторонниками сохранения особых привилегий (фуэрос) армии и церкви.

   Те круги латифундистов, которые были заинтересова­ны в торгово-промышленном развитии своих стран, верхуш­ка буржуазии, а также давние противники унитаризма и бюрократической централизации (федералисты) составили ядро либеральной партии. Либералы в XIX в. в Латинской Америке, как правило, не были склонны к радикализму и не стремились к коренному изменению существующего общества. У них были не всегда принципиальные разногласия с консерваторами по отдельным и относительно второстепенным вопросам общественной жизни.

   В целом различия между историческими партиями были достаточно условными. Но они становились существенны­ми, когда речь шла о борьбе за государственную власть. Консерваторы и либералы в XIX в. не шли на компромиссы, отвергали политический центризм, безжалостно расправ­лялись с политическими противниками. Поскольку консерваторы более откровенно выражали интересы господствующей политической элиты, они в XIX в. в целом чаще нахо­дились у власти.

   В XIX веке латиноамериканская двухпартийная систе­ма лишь чисто внешне напоминала свой английский прото­тип. И консерваторы, и либералы были в это время партия­ми только в условном смысле. Они не имели какой-либо стройной и прочной организации, а оставались лишь груп­пировками. Их политическое кредо выра­жалось не в программных документах, а в откровенной ставке на определенного сильного лидера (каудильо), видящего пе­ред собой одну-единственную цель - захват власти и соз­дание авторитарного режима.

   Нередко и сами каудильо, опираясь на собственные вооруженные отряды, делали ставку на одну из двух со­перничающих партий. В том случае, если тот или иной кау­дильо добивался поста президента республики, он рассмат­ривал государственный механизм как свою вотчину и без всяких стеснений назначал на государственные должности своих партийных сторонников, расплачиваясь тем самым за оказанные ему политические услуги. Но и каудильо в борьбе за президентскую власть не полагались только на партийную поддержку.

   Сама по себе оппозиционная партия на выборах заведо­мо не имела шансов на победу. Действующий президент и правящая партия использовали любые средства для того, чтобы не уступить своим политическим противникам госу­дарственную власть во время выборов. Они использовали все правовые и неправовые средства давления на избирателей, шли на подкупы, убийства политических про­тивников, на фальсификацию итогов выборов и т.д.

   Именно поэтому каудильо делали основную ставку не на выборы и свою "карманную" партию, а на захват власти насильственным путем, прежде всего на государственные перевороты (пронунсиаменто). Трудящиеся массы, низы на­селения оставались равнодушными к государственным переворотам и к судьбе демократических институтов в целом.

Каудилизм и власть 

   Политические партии в XIX в. в лати­ноамериканских государствах были не инструментом пар­ламентаризма и демократии, а частью специфической сис­темы - каудилизма. Последняя строилась по существу не на конституционно-правовой основе, а на грубой силе, на традициях и на харизматическом авторитете предводителя-каудильо.

   Практически повсеместно каудилизм стал тем полити­ческим фактором, который тормозил становление демокра­тических форм общественной жизни, придавал ей застой­ный характер, порождал политическую нестабильность.

   Большинство диктаторов-каудильо не могли долго сохранить в своих руках государственную (президентскую) власть. На насилие со стороны каудильо и правительства политиче­ские оппоненты также отвечали насилием. В результате лишь сравнительно небольшое число президентов в XIX в. сохраняли свой пост до истечения срока и были свергнуты в ходе очередного перево­рота, а многие убиты.

   Феномен каудилизма неразрывно связан в Латинской Америке с теми исключительными привилегиями, которые сохранила за собой армия еще с эпохи войны за независи­мость. Авторитарные и диктаторские режимы базировались на милитаризме, который уходил своими корнями в коло­ниальное прошлое, в период борьбы за независимость, когда был высок авторитет военных.

   Политическая нестабильность ставила армию в исклю­чительное положение, делала ее часто арбитром в полити­ческих конфликтах. Армия не считала себя связанной кон­ституцией.

   В XIX веке благодаря активному вмешательству ар­мии в политическую жизнь государственные перевороты стали обычным явлением в подавляющем большинстве ла­тиноамериканских республик.

   С момента завоевания независимости и до конца XIX в. более ста переворотов в Латинской Америке закончились победой мятежников и свержением старых пра­вительств. Пресловутые латиноамериканские пронунсиаментос были не "революциями", а типично военными переворотами, сопровождавшимися простой сменой у власти различных фракций правящего блока. Новые каудильо мало что меня­ли в существующей социальной и политической системе.

   Одной из черт каудилизма, как и любого авторитаризма, построенного на силе государства и на умении харизматического лидера использовать в политике свои личные качества, была его неустойчивость. Президент-каудильо, как правило, быстро растрачивал свой политический авторитет, социальная база его господства неумолимо сужалась, а сам он становился жертвой нового заговора.

При копировании материалов, активная ссылка на сайт Webarhimed.ru обязательна!